aleks070565 (aleks070565) wrote,
aleks070565
aleks070565

Покушения на Курилы. Почти несостоявшееся предательство




Во время общения президента РФ Владимира Путина с экспертами дискуссионного клуба «Валдай» профессор Таллинского университета Рейн Мюллерсон поведал о встрече в начале 90-х годов тогдашнего главы МИД РФ Андрея Козырева с экс-президентом США Ричардом Никсоном. На встрече Козырев сказал, что

«у России нет национальных интересов, а есть только общечеловеческие интересы». «Никсон только головой покачал», — рассказал эксперт.

«Это говорит о том, что у Никсона есть голова», — отреагировал Путин. И продолжил: «А у господина Козырева, к сожалению, отсутствует. Коробка есть черепная только. Но головы как таковой нет».


Однако Козырев был не только безголовым министром, но и прямым предателем интересов нашей страны. С согласия Бориса Ельцина и его клевретов вроде Бурбулиса он тайно готовил сдачу всех Курильских островов, на которые, не имея законных оснований, претендует японское правительство. Ельцин был готов пожертвовать дальневосточными территориями ради получения от «благодарной Японии» экономической помощи. Он, по сути, дал Козыреву карт-бланш на разработку схемы передачи островов Японии.


Для подготовки жителей Курил к переселению и приходу японцев Козырев в октябре 1991 года направил на острова группу высокопоставленных «агитаторов» в составе замминистра иностранных дел РСФСР Г. Кунадзе, члена Комитета по правам человека при Верховном Совете России С. Сироткина и народного депутата СССР, бывшего генерала КГБ О. Калугина (в 2002 году был заочно осужден за государственную измену и приговорен к 15 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима).

Курильчанин Анатолий Самолюк так описал в своей книге «Трижды теряя…» этот «визит» эмиссаров Козырева:

«После встречи с жителями Курильска и Рейдово (остров Итуруп — А.К.) парламентеров тут же окрестили «главноуговаривающими». У многих курильчан сложилось однозначное мнение, что столичные гости приехали подготовить нас к мысли о неизбежности передачи родных островов. Представитель МИД России еще пытался как-то завуалировать за потоком успокаивающих слов истинную ситуацию, а его спутники, менее искушенные в таких делах, открыто говорили, тот же Сироткин, что судьба курильчан будет постоянно находиться в центре внимания возглавляемого им комитета. И еще до возвращения островов Японии жителям будет предложено несколько вариантов дальнейшего определения своей судьбы…

Калугин же предлагал оценить шаг нового демократического правительства России, которое разъясняет жителям Курил свою политику еще до решения вопроса, а не ставит их перед фактом и не скрывает возможные варианты…

Кунадзе с группой поддержки быстро отбыл в Южно-Курильский район. Если на Шикотане его общение с местными жителями прошло относительно спокойно, то на Кунашире «уговаривающих» встретили свистками и отнюдь не самыми лестными словами. Позднее собкор «Правды» (в Японии — А.К.) И.Латышев писал в своей книге, как однажды вечером смотрел по одному из каналов японского телевидения репортаж с митинга на центральной площади Южно-Курильска. Было показано, как местные жители согнали с трибуны и чуть не избили Кунадзе, прибывшего на Курилы, чтобы морально подготовить население южных Курил к возможной передаче островов под контроль Японии».

Однако проникшие на Олимп внешней политики России новоявленные «либеральные дипломаты» упорно гнули свою линию на сдачу желанных Токио русских дальневосточных земель. В марте 1992 года Козырев втайне от российской и японской общественности предложил министру иностранных дел Японии Митио Ватанабэ следующий вариант:

«Мы заключаем российско-японский мирный договор. Россия, следуя положению Совместной декларации 1956 года, передает Японии два острова — Хабомаи и Шикотан. По поводу принадлежности островов Кунашир и Итуруп стороны продолжат переговоры».

Это был разработанный в российском МИД сторонниками уступок Японии план сдачи южнокурильских островов в два этапа по пресловутой схеме «два плюс альфа». Осуществить задуманное руководство МИД намеревалось в ходе запланированного на сентябрь 1992 г. официального визита президента РФ в Японию. Однако развернувшееся в России широкое движение протеста против ничем не обоснованных территориальных уступок Японии заставило Ельцина скоропалительно, за три дня до отъезда, отменить этот визит. Колебания тогдашнего президента России объяснялись не сомнениями по поводу правомерности сдачи российских земель, а исключительно заботой о своем политическом будущем. Он объяснял японским журналистам:

«Российскому народу сейчас трудно. Добавить ему еще территориальную проблему — он не выдержит и взорвется. Из Японии я уеду под аплодисменты, а в Россию меня не пустят».

Становилось очевидным, что вопрос об уступке российских дальневосточных земель из дипломатического все больше превращался в политический.

О том, как козыревский МИД готовил сдачу Курил, рассказывал занимавший в 1991—1994 годах должность первого заместителя начальника главного управления охраны РФ генерал-майор Борис Ратников:

«21 августа 1992 г за подписью Гайдара вышло распоряжение Правительства РФ N 1553-р «О подготовке визита Президента РФ Б.Н. Ельцина в Японию». Была создана рабочая группа во главе с С. Глазьевым, тогдашним первым замом министра внешних экономических связей России. Исторический визит наметили на сентябрь. Мне стало известно, что в Токио Ельцин готовился передать Японии 2−3 острова Курильской гряды для демонстрации своего нового политического курса. Борису Николаевичу хотелось показать себя миротворцем. Хрущев, Брежнев, Горбачев не отдали острова, я смог! К такому шагу его склонял ряд фигур из ближайшего окружения.

Козырев, например, министр иностранных дел. Японцы на радостях уже пообещали нам первый кредит в $100 млн. Но Курильские острова — очень щекотливый вопрос. Это и целостность России, и судьба наших граждан, проживающих там. Куда им-то деваться? Программы переезда, трудоустройства не было. Все это вызвало бы возмущение в стране. Мы с генералом Георгием Рогозиным решили протестировать ситуацию и посмотреть возможные варианты развития событий. Рогозин был сильным «оператором-экстрасенсом». Полученная информация нас буквально ошеломила. Как только Ельцин передаст Японии острова, Китай сразу предъявит России претензии на свои спорные территории. У нас же тогда сотни километров границы с Поднебесной были не маркированы. Мог начаться вооруженный конфликт.

На этот раз конфликт мог стать более масштабным и даже перерасти в большую войну, которая ослабила бы Россию и Китай, двух конкурентов США. На что и был расчет за океаном. Через агентов влияния в ЦК КПК Вашингтон подтолкнул бы руководство Китая к решительным действиям. Русские отдали спорные Курилы Японии, а мы чем хуже? Не отдают территории — возьмем сами! В обойме у янки был ведь не только Козырев, ныне живущий в США, но и ответственные китайские товарищи. Международное сообщество объявило бы Китай агрессором. ООН и ряд стран применили бы экономические и политические санкции против агрессора, посягнувшего на суверенную территорию другого государства. А возможно, и разделили бы Поднебесную на этнические районы. Пекин мешал Вашингтону установить однополярный мир после развала СССР и Восточного блока. Москва тоже мешала, но она, потеряв советские республики, была на втором плане.
Вот к какому катастрофическому сценарию вела невинная, вроде бы, миротворческая передача Японии спорных Курильских островов, к чему Ельцина подталкивал Козырев.

Я решил через органы разведки и контрразведки проверить, имеет ли эта информация под собой основу, может развитие событий пойти по предсказанному сценарию? Тщательная проверка показала, что предполагаемая ситуация и её последствия вполне реальны. Острова отдавать было нельзя.

Выводы наших разведслужб я сразу доложил своему непосредственному начальнику, руководителю Службы безопасности президента Александру Коржакову и секретарю Совета Безопасности России Юрию Скокову. Скоков был очень дальновидным и компетентным человеком, кстати, непьющим, за что Ельцин его недолюбливал. Скоков нас полностью поддержал и немедленно отправился к Президенту, настаивая на отмене визита. Но в ответ, помимо нелицеприятных слов, услышал от Ельцина: «Царь я или не царь?! Захочу — отдам, не захочу — не отдам!»

Мы поняли, что ожидать осмысленных поступков от Ельцина бесполезно, и решили действовать сами».

Хотя генерал Ратников в своей оценке ситуации ссылался и на «экстрасенсорные данные», в целом анализ был верный, что впоследствии подтвердилось и российскими, и японскими источниками.

Недовольство японских властей неожиданной отменой визита Ельцина в сентябре 1992 года было вызвано не столько грубым нарушением дипломатического протокола, сколько плохо скрываемым разочарованием по поводу того, что вроде бы уже согласованная с Козыревым и его помощниками сделка сорвалась.

Итак, президент Путин на весь мир нелицеприятно, но справедливо охарактеризовал ныне пригревшегося на пляжах Флориды первого министра иностранных дел «демократической России». Остается вопрос, а как охарактеризовать Бориса Ельцина, который шесть лет держал на одном из высших постов государства столь некомпетентного и недалекого человека, прямо вредившего нашей стране? Или это было пожелание заокеанских друзей «дорогого Андрея», как к нему обращались из Вашингтона?

В начале ноября исполнится 20 лет со времени нашумевшей в 1997 году так называемой «встречи без галстуков» под Красноярском тогдашнего президента РФ Б. Ельцина и его «друга Рю», то бишь премьер-министра Японии Рютаро Хасимото. Идею такой встречи и панибратского общения с Ельциным на «ты» подсказали возомнившие себя «знатоками русской души» работники МИД Японии, которые придумывали хитроумные схемы превращения российского президента в «друга Японии», склонения его «ради дружбы» к уступке Курильских островов. В ход был пущен весь арсенал японского искусства обольщения, включая обещания «не знающей границ японской благодарности» в виде экономической помощи, инвестиций и привилегий. Для достижения желаемого эти «специалисты по России» даже учили японских премьеров целоваться с Ельциным в губы, что между нормальными мужчинами совершенно немыслимо в Японии.

И японцы почти достигли цели. По свидетельству японских СМИ, Ельцин тогда во время рыбной ловли с японским гостем без согласования с МИД РФ и ближайшими помощниками вдруг заявил премьер-министру Хасимото: «Чтобы заключить мирный договор, мы должны прямо сейчас разрешить территориальную проблему… Я хочу, чтобы сегодняшний день встал в один ряд с датой подписания российско-японского договора 1855 года, по которому граница была определена между Урупом и Итурупом. Необходимо двигаться вперед. Я хочу разрешить территориальную проблему в период моего президентского срока».

При этом речь шла даже не о реализации включенной по настоянию Никиты Хрущева в Совместную советско-японскую декларацию 1956 года статьи о передаче Японии после заключения мирного договора группы островов Хабомаи и острова Шикотан, а о ничем не оправданной и не имеющей юридического обоснования сдаче «с барского плеча» всех южных Курил, включая самые крупные и освоенные острова Кунашир и Итуруп. В статье японской газеты «Санкэй симбун» говорилось о том, что Ельцин «обещал подарить другу Рю спорные острова».

Демонстрируя свою решимость во что бы то ни стало исполнить задуманное, Ельцин принял перед Хасимото боксерскую стойку, демонстрируя готовность сокрушить всех противников его намерения. В ответ увлекавшийся японским фехтованием на палках «кэндо» Хасимото тоже изобразил боевую позицию.

Сопровождавшие президента первый заместитель председателя правительства Б. Немцов и пресс-секретарь президента С. Ястржембский, зная решительный настрой российского общества и политической оппозиции против территориальных уступок, бросились, как рассказывал впоследствии сам Немцов, «почти на коленях умолять» своего шефа отказаться от опрометчивого и политически весьма опасного для президента шага. Однако Ельцин был неумолим. Отвечая на предупреждения своих помощников по поводу возмущения в России подобными волюнтаристскими действиями, он пренебрежительно бросил: «В обществе могут быть разные мнения, но я всё это отшвырну». При этом, обращаясь к Немцову, приказал: «Ты у нас отвечаешь за общественное мнение. Приказываю ежедневно освещать этот вопрос на российском телевидении».

Однако затем, придя в себя после рыбалки, Ельцин все же осознал, чем может закончиться для него очередная «загогулина». Решили всё же, приняв во внимание настроения в России, несколько прикрыть занятую Ельциным антигосударственную позицию. Для прессы было заявлено «о стремлении российского президента заключить мирный договор с Японией не позднее 2000 года». Так как японское правительство соглашается на мирный договор только при условии капитуляции российского правительства и выполнения территориальных требований Японии в полном объеме, было ясно, что Ельцин и его помощники хотят лишь оттянуть грубо нарушающее суверенитет и территориальную целостность России решение.

Именно так это было воспринято в Японии. После красноярской встречи председатель политического совета правящей Либерально-демократической партии Японии Таку Ямасаки заявил, что речь идет о «крупнейшем успехе администрации Хасимото», а губернатор пограничного острова Хоккайдо Тацуя Хори охарактеризовал итог красноярской встречи как «эпохальный». Тогдашний министр иностранных дел Японии Кэйдзо Обути тоже был в восторге, назвав достигнутый в Красноярске результат «просто великолепным».

Заслуга в том, что задуманное Ельциным не осуществилось, принадлежит отнюдь не Немцову и Ястржембскому, как это пытаются представить японские и некоторые российские СМИ. Эта заслуга принадлежит российскому народу и тем политическим силам, которые воспротивились покушению на целостность нашего государства. При этом особая роль принадлежит политическим деятелям и простым жителям Сахалинской области, для которых Курилы — неотъемлемая часть родины.

Однако Ельцин и его окружение всё же сделали японцам весьма щедрый подарок за счет интересов нашей страны и народа. В феврале 1998 года по поручению президента РФ Немцов подписал «Соглашение о некоторых вопросах сотрудничества в области промысла живых ресурсов» в районе южных Курил. По соглашению российская сторона пошла на практически свободный доступ японских рыбаков в российские территориальные воды в районе южнокурильских островов. Это было беспрецедентное решение, ибо в соглашении речь шла не о 200-мильной экономической зоне, а о 12-мильной прибрежной зоне, в которую без разрешения вход иностранным судам запрещен. Другими словами, японской стороне было предоставлено своеобразное «право экстерриториальности». Не случайно депутаты Сахалинской областной думы направили после подписания Немцовым документа президенту и премьер-министру РФ обращение, в котором выступили решительно против этого ущемляющего суверенитет государства и законные права и интересы российских рыбаков соглашения с Японией.

Вот как характеризовал содеянное бывший заместитель министра рыбного хозяйства СССР, заслуженный работник рыбного хозяйства России, профессор Вячеслав Зиланов в статье «Пустила Россия японцев половить рыбку у берегов южных Курил»:
«Все государства ревностно относятся к правам в своих территориальных водах, не допускают в них иностранных рыбаков и отстаивают эти права вплоть до применения военной силы… Однако согласно новому рыболовному Соглашению (1998 года — А.К.) получается, что Российская Федерация фактически отказывается от своих прав в области рыболовства в своих территориальных водах в районе южных Курил.

Это прямо следует из текста Соглашения, где в первой статье сказано, что «стороны сотрудничают в целях осуществления промысла живых ресурсов японскими рыболовными судами в морском районе… у островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи, а также сохранения, рационального использования и воспроизводства живых ресурсов в этом морском районе». Получается, что мы сотрудничаем с иностранным государством, ведущим промысел в наших территориальных водах (т.е. на нашей территории), а не разрешаем ему вести этот промысел за соответствующую плату…

Более того, из формулировок статей 1 и 2 вытекает также, что японские рыбаки будут вести промысел в явочном порядке не в территориальных водах России, а в безымянном, никому не принадлежащем «морском районе», о государственной принадлежности которого не говорится ни слова. Исходя из такого подхода — фактически отказа России от своих прав в территориальных водах вокруг южных Курил — любые другие государства также могут подписать между собой соглашение о свободном промысле в этом так называемом «морском районе». И возражать России будет трудно…

В основном документе — собственно Соглашении — нет ни единого слова о контроле за ведением промысла японскими судами со стороны российских органов рыбоохраны и пограничников, равно как ничего не говорится о соблюдении японскими рыбаками наших законов и правил. Между тем в аналогичных соглашениях прошлых лет, в частности, Соглашениях о промысле морской капусты в районе Малой Курильской гряды от 1963 и 1981 гг., было четко зафиксировано, что «японские рыбаки, занимающиеся промыслом морской капусты… должны соблюдать законы, постановления и правила Союза Советских Социалистических Республик, действующие в этом районе»…

В тексте Соглашения также нет ни единого упоминания о мерах наказания японских рыбаков за браконьерский промысел, нарушение правил рыболовства и мер по сохранению запасов. Кто же тогда должен привлекать нарушителей к ответу? Если не мы, то, очевидно, японцы — другой ответ здесь найти трудно…

Фактически мы имеем дело с небывалым случаем — и это следует особо подчеркнуть — предоставлением японским подданным в наших территориальных водах экстерриториального статуса — то есть неподчиненности, неподсудности их законам Российской Федерации в ее территориальном море, статуса, с точки зрения современного международного права, дискриминационного и в отношениях между государствами недопустимого…

Соглашение разрабатывалось три года. И что же в итоге? В итоге на текущий 1998 год японцы получили возможность выловить 45 судами 2252 тонны рыбы, заплатив за это в общей сложности около 35 миллионов иен. Кроме того, японская сторона намерена дополнительно выделить в качестве вклада в развитие Соглашения еще 240 миллионов иен. Делаются намеки на миллиардные кредиты от Японии и по другим направлениям. Казалось бы, баснословная плата всего за 2252 тонны минтая, терпуга, камбалы, окуневых и других видов. Действительно, получить такую сумму за такое небольшое количество рыбы на реальном рынке невозможно.

Так за что же тогда платят японцы? Совершенно очевидно, не за рыбу. Платят они за выгодные для себя юридические формулировки, создающие нужную правовую базу.

А получив их, они могут теперь серьезно «расшатать» наш суверенитет над южными Курилами, ибо создан юридический прецедент, который в дальнейшем можно будет предъявить на переговорах (или, если понадобится, и в Международном суде) как свершившийся факт. И возразить здесь что-либо, как свидетельствует практика, будет весьма трудно. Вот подлинный смысл такой «щедрости» Японии».

В ходе продолжающихся ныне российско-японских переговоров о так называемом «совместном хозяйствовании» на южных Курилах японское правительство прямо требует установить на этой территории для японских компаний и граждан «особое законодательство», учитывающее претензии Токио на законно находящиеся в составе РФ земли. То есть создать на островах режим экстерриториальности, как это было сделано 20 лет назад на море.

В этом их поддерживает один из авторов соглашения 1998 года, тогдашний посол России в Японии А. Панов. Он, фактически признавая незаконность создания режима экстерриториальности в территориальных водах России, тем не менее предлагает создать подобный режим и на суше. Панов заявляет:

«Японцы прямо не признают суверенитет России над Курилами и поэтому могут потребовать особых экономических зон со своими правилами. Это вполне возможно. Не теряя своего лица, обе стороны могут согласиться на такое экономическое сотрудничество…»

Примерно так же мы сделали, когда договорились о так называемом промысле японцев возле этих островов. Тогда Россия фактически пошла на изменение (читай — нарушение. А.К.) своего законодательства, хотя это не афишировалось, о том, что японские рыбаки могут осуществлять рыболовство в территориальных водах этих островов. Ни одно государство фактически не разрешает осуществлять рыболовство в своих территориальных водах».

Однако сейчас не ельцинские времена, когда козыревская дипломатия обслуживала интересы не столько государства российского, сколько зарубежных «партнеров и коллег», включая открытых врагов нашей страны. Не случайно ныне обретающийся на пляжах Флориды Козырев получил у нас в стране презрительный «титул»«иностранный министр иностранных дел». Хотелось бы верить, что печальный опыт позорившей наше государство дипломатии холуйства и заискивания перед «сильными мира сего» больше никогда не повторится.

А.Кошкин
с
с


Tags: Историческое, Политическое, Преступное, Экономическое
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments